Фармакоэкономика – это экономическая оценка фармацевтических
и биоинженерных продуктов, когда измеряют и сравнивают результаты
лечения и затраты, интерпретируют их при принятии решений

Изменить язык + 7 (495) 975-94-04 clinvest@mail.ru

РАФМ создал фармакоэкономическую теорию

  • Новости   /
  • 2718

В завершение года Российская ассоциация фармацевтического маркетинга (РАФМ) провела один из самых интересных “круглых столов”. Его тема — “Маркетинг и экономика здравоохранения” — с одной стороны, привлекла значительное число участников рынка, с другой — собравшиеся в основном предпочли роль слушателей. Однако даже немногочисленные выступления оказались весьма провокационными.

Открывая заседание, руководитель отдела маркетинга компании “Берлин-Хеми” Юрий Суханов отметил, что некоторое противоречие содержится в самой тематике “круглого стола”. Маркетинг, по словам г-на Суханова, “это наука, как продавать больше, за большую цену и как можно дольше”. В то же время экономика здравоохранения — наука, изучающая наиболее эффективное использование всех средств и ресурсов национального здравоохранения. Исходя из этого определения, отметил модератор заседания, интересно попытаться установить взаимовлияние экономики здравоохранения и фармакоэкономики как ее составной части и фармрынка в целом. В частности, маркетологов интересовал вопрос возможности существования партнерских отношений между фармкомпаниями и государства, уровень осведомленности врачей и пациентов о данных фармакоэкономических исследований, а также… наличие в России фармакоэкономики как таковой.

Первый доклад в рамках “круглого стола” носил, скорее, разъяснительный характер. Менеджер по экономике здравоохранения представительства АО “Лаборатории Сервье” Александр Быков начал с формулирования целей и задач экономической оценки использования ЛС. Причем, по его словам, на Западе понятие “фармакоэкономика” связано в первую очередь с продвижением дженериков. Однако если говорить о биоэквивалентности, различных аспектах, связанных с отдаленными результатами терапии, наличием доказательной базы и т.д., то имеет смысл говорить именно об экономике здравоохранения, отметил он. “В ходе сравнения различных терапевтических подходов необходимо определить ценность продукта для основных участников лечебного процесса — пациентов, врачей, государства, страховых компаний и т.д., подвести доказательную базу и внедрить аргументы ценности лекарственного средства. В конечном итоге все эти действия направлены на то, чтобы убедиться, что выбранный метод лечения, основанный на принципах доказательной медицины, оправдывает вложенные в него средства”, — заявил г-н Быков.

Основными методами экономической оценки, по его словам, является фармакоэкономический и фармакоэпидемиологический анализ. Для определения случаев, когда проведение экономического анализа имеет смысл, применяется так называемое правило четырех квадратов. “Естественно, если на рынке появляется более эффективный препарат по цене меньшей, чем у аналогов, или, скажем, более дорогой и менее эффективный, экономическая оценка не требуется. Однако в случае, если препарат не только более дорогой, но и более эффективный, а также если он менее эффективен, но и стоит недорого, фармакоэкономический анализ просто необходим”, — продолжал г-н Быков.

По словам докладчика, в большинстве стран приемлемым и оправданным уровнем затрат на один год продленной и качественной жизни (QALY) пациента считается сумма до 20 тыс. долл. США (столько составляют расходы на проведение хронического гемодиализа). Если же затраты на QALY превышают 20 тыс., подобные расходы требуют обоснования, поэтому крайне важна интерпретация результатов фармакоэкономического анализа. “И задача маркетолога — найти метод, с помощью которого можно продемонстрировать максимальную эффективность фармакоэкономических результатов. При этом, в соответствии с концепцией, принятой в настоящее время в мире, понятие “экономически эффективный препарат” не тождественно понятию “дешевый”, поскольку при анализе принимаются во внимание прямые и непрямые, неочевидные затраты на терапию”, — сказал он.

В России, по словам г-на Быкова, также отмечается положительная динамика. В частности, об этом свидетельствует тот факт, что при формировании перечня ЛС, предназначенных для льготного отпуска, необходимо обязательно предоставлять результаты фармакоэкономических исследований, а также данные о терапевтической эквивалентности препаратов. Кроме того, в перспективе должны быть разработаны механизмы финансирования лекарственного обеспечения не только льготников (их от общей численности населения всего около 30%), но и остальных категорий граждан. Таким образом, по мнению г-на Быкова, значимость и необходимость фармакоэкономического анализа очевидны как для компаний, так и для органов, принимающих решение. Причем для отечественных фармпредприятий внедрение фармакоэкономического анализа обязательно, поскольку именно этот метод может являться ключевым инструментом, чтобы показать, чем дженерик отличается от присутствующих на рынке аналогов, отметил Александр Быков.

Выступление советника руководителя Росздравнадзора Михаила Гетьмана было куда менее оптимистичным. С его точки зрения, фармрынок России в настоящее время является рынком предложений, а не товаров. “Нет, наверное, ни одного продуктового рынка, где в такой степени мог бы быть использован потенциал спекуляции незнанием”, — констатировал г-н Гетьман. По его словам, конечный потребитель фармпродукции в принципе не в состоянии оценить качество предлагаемого товара и готов купиться на любое декларируемое свойство. Причем, по его мнению, в отрасли вряд ли кто-нибудь заинтересован дискутировать на эту тему. По сути дела, отметил г-н Гетьман, все механизмы фармакоэкономики на сегодняшний день представляют собой совокупность силлогизмов, вводящих изначально неточные или неправильные предпосылки. В результате появляется дополнительный способ позиционирования продукта, потому что не только потребитель, но даже и современный врач не в состоянии различить имеющиеся аналоги по показателям эффективности и безопасности. “Это, безусловно, следствие глобализации фармрынка, процессов консолидации, которые в нем происходят, гонки за капитализацией, блокбастерной стратегии крупнейших фармкомпаний и т.д. Если говорить даже не о фармрынке, а о здравоохранении в целом, отрасль нуждается в реформировании. Некоторые наработки в этом направлении уже есть. В частности, существует совокупность предложений по модернизации системы управления расходами здравоохранения. При этом управление расходами не является абсолютно эквивалентным политике сдерживания цен, это одно из направлений, но не единственное”, — сказал г-н Гетьман.

Необходимо создать такие макроэкономические условия, которые позволят говорить о том, что рост расходов сдерживается, продолжал докладчик. Для этого, во-первых, необходимо создать предпосылки для выравнивания условий ведения бизнеса для российских и иностранных фармкомпаний. “Причем речь идет не о создании изолированной системы здравоохранения, а всего лишь об устранении имеющихся перекосов. Во-вторых, необходимо развенчать миф о безупречности качества импортных лекарств. В-третьих, следует провести модернизацию доступных с точки зрения законодательства средств продвижения ЛС. К примеру, введение референтного ценообразования вполне способно избавить общество от избыточных амбиций ряда фармкомпаний. Неплохим потенциалом по управлению расходами является также ограничение роста аптечных сетей”, — перечислял он. Кроме того, по мнению Михаила Гетьмана, необходимо ограничить монополию фармацевтов на торговлю ЛС. При этом следует учесть, что и в целом структурно рынок медуслуг в России устарел. “Рынок медуслуг не является клиенториентированным. И систему отношений в отрасли надо изменить. Врачи должны стать адвокатами пациентов. И это очень непростая задача”, — резюмировал он.

В завершение “круглого стола” слово взял председатель редакционного совета газеты “Фармацевтический вестник” Юрий Крестинский, оговорившийся, что более подробный доклад он представит 13 декабря на итоговом в 2007 г. заседании РАФМ. По его словам, роль фармакоэкономики в России на сегодняшний день сложно оценить так, как это необходимо делать в отраслях экономики. “Дело в том, что здравоохранение — это не просто социальная сфера. По большому счету, это важная отрасль экономики, что, к сожалению, в нашем государстве не осознается. Россия является одной из немногих стран с большой экономикой, где инструменты независимого экономического анализа не являются обязательными при реализации программ лекарственного обеспечения. Эффективности фармакоэкономики мы добьемся только в случае, если этот инструмент реализуется на уровне государственной политики”, — подчеркнул г-н Крестинский. В качестве примера плачевного положения дел Юрий Крестинский напомнил участникам “круглого стола”, с каким трудом летом собирали из регионов заявки по дорогостоящим препаратам. Говоря об экономическом анализе здравоохранения, Юрий Крестинский с сожалением констатировал, что в России здравоохранение рассматривается исключительно как дотационная сфера. Однако сам термин “экономика здравоохранения”, по его словам, предполагает, что все затраты отрасли делятся по большому счету на две составляющие — социальные инвестиции и социальные дотации. Первые должны иметь показатель возврата вложенных средств и рентабельности. Дотации же носят безвозвратный характер. “Если мы говорим об увеличении репродуктивной во всех смыслах слова продолжительности жизни гражданина — это вопрос инвестиций. И совсем другое дело — поддержание и повышение качества жизни онкобольного, здесь должна быть задействована дотационная составляющая. С точки зрения общества конечно же важно и то, и другое. Однако с точки зрения экономики здравоохранения лекарственная помощь должна носить характер расчета на макроуровне. Проблема заключается в том, что в России экономикой здравоохранения как таковой никто не занимался, осуществляли лишь расчеты дотационных платежей и расчеты возможности государства эти платежи совершать. До тех пор пока в сознании представителей властных структур, в сознании общества не укоренится понимание того, что к экономике здравоохранения нужно подходить, по сути, как к любой сфере предпринимательства, сдвига не произойдет”, — отметил Юрий Крестинский.

Как только подход к экономическим расчетам будет носить инвестиционный характер, это повлечет за собой ряд структурных изменений здравоохранения, в т.ч. способных снизить и коррупцию, отметил докладчик. “Думаю, именно в этом направлении нам и нужно двигаться. Другой вопрос, возможно ли это и кто должен предпринимать эти усилия”, — уточнил выступающий. Он также подчеркнул, что в России есть еще одна существенная проблема — разделение понятий “государство” и “общество”. “Ситуация парадоксальная, но пока отношение к государству не изменится, в здравоохранении никаких изменений также не произойдет. Попытки применить инструменты экономического анализа в здравоохранении были, но, к сожалению, они так и не были сформулированы в виде четких концепций или бизнес-планов. Инструменты экономического, в т.ч. фармакоэкономического, анализа, безусловно, важны. Но их использование может быть эффективным лишь на макроуровне. В России сегодня, к сожалению, единственной стороной, заинтересованной в применении методов фармакоэкономики, являются сами фармкомпании”, — заключил Юрий Крестинский.

Зоя Новикова

http://pharmvestnik.ru:17000/hl?url=webds/pharmvestnik.ru/cgi-bin/statya.pl%3Fsid%3D12662&mime=text/html&charset=windows-1251